Судебная реформа: страшно и интересно

П'ятниця, Березень 2, 2018 - 14:00

На фоне шума вокруг реформ в медицине или полиции судебная реформа кажется тем, кто не в самой системе, тихим часом в детском саду. Она вообще происходит? На самом деле, да.

Накануне нового 2018 года Президент, используя истекающие полномочия (с 1 января он уже не может этого делать), ликвидировал все местные апелляционные суды и создал на их месте новые — территориальной подсудности. Впрочем, эти изменения — скорее юридическая фикция, поскольку суды остаются на тех же местах и продолжают функционировать. Просто вместо трех названий судов у них будет одно общее.

На базе четырёх отдельно существовавших кассационных инстанций создан единый Верховный суд, в котором 40% судей вообще раньше не работали в судебной системе — и это серьёзное обновление, вселяющее надежду.

Ещё раньше был создан Высший совет правосудия – принципиально новый орган, правопреемник Высшего совета юстиции.

Идёт квалификационное оценивание всех судей Украины, от работающих в высших специализированных судах — до представителей судов первой инстанции. Это продолжается с 2015 года и может привести к созданию принципиально новых «правил игры». Разумеется, здесь не обошлось без сомнительных решений.

В первую очередь, вопросы вызывает квалификационное оценивание. Проходят тесты абсолютно все судьи. Однако, эффективно ли это тестирование для определения квалификации? Не является ли первым показателем непрофессионализма судьи количество вынесенных им приговоров, которые отменены апелляционной и кассационной инстанцией?

Это в кино герой может быть один на всем свете прав, а все остальные – дураки и ничего не понимают. В реальности, судья, половину решений которого отменяют как ошибочные, скорее всего, занимает не своё место.

50% здесь – не принципиальная цифра, это может быть и 20% отменённых приговоров. Но именно это, как мне кажется, должно быть первым «звоночком» – именно такому судье нужно пройти квалификационное оценивание, а не всем подряд. Сейчас же через тесты прогоняют каждого, что только демотивирует судей и замедляет их работу.

Ещё один критерий проверки судей – имущественные декларации, некоторые данные которых могут стать основанием для лишения должности. Но для этого должна заработать система антикоррупционных органов. Разумеется, параллельно этому должна повышаться зарплата – не 8 000 грн для судьи районного суда, а больше. С 1 января судья в местном суде должен получать от 38 420 грн (20 прожиточных минимумов для трудоспособных лиц), судья апелляционного и высшего специализированного суда — от 57 630 грн (30 прожиточных минимумов). Независимость суда начинается с финансовой независимости судьи.

Есть проблемы и с реорганизацией судов. Например, в Харькове было девять судов, а стало шесть. Идея разумная – не должно быть так, что в суде работает три судьи, один из которых болеет, второй – в командировке, а третий сидит без полномочий, и в итоге дела не рассматриваются вообще. В некоторых апелляционных судах было 10-12 судей при том, что в коллегии их должно быть трое – какое количество дел такой суд в большом районе сможет рассмотреть? Не очень много. Объединяли не только по количеству судей, но и по специфике дел. Например, в Киеве в один соединились Печерский и Голосеевский суд. Первый, преимущественно, рассматривал уголовные дела, второй – гражданские. Теперь такого перекоса не будет, и территориально должно быть удобно.

С другой стороны, именно с географией заминка. Раньше человеку было удобно добираться до суда, теперь сложнее. Теоретически, этот вопрос могла бы решить анонсированная система электронного правосудия (видеофиксация, видеоконференции). Но, будем честны, для многих районных судов такие технологии – из области фантастики. Недавно один судья мне сказал: «Какая ещё видеоконференция, представитель? Если не явитесь лично, оставлю ваш иск без рассмотрения».

Наконец, ещё одно важное новшество – образцовые или типовые дела. И здесь у меня только позитивные ожидания.

Как это будет выглядеть на практике: например, Фонд гарантирования вкладов не так давно был завален заявлениями граждан о выплате им депозита. Фонд отказывает – они обращаются в суды. Таких дел – десятки тысяч, и каждое рассматривалось судом отдельно. На каждое подавалась отдельная апелляция. Это нецелесообразно даже экономически.

Сейчас же, если подобные дела появляются, одно из них рассматривает Верховный суд, а все другие по ходатайству истцов приостанавливаются. Верховный суд выносит решение, Большая палата объявляет дело образцовым, и на его основании мгновенно выносятся решения по всем подобным делам.

Да, это как в американском кино – создаётся прецедент. И, если такие дела будут хорошо выписаны Верховным судом и обязательны к применению, это оздоровит всю судебную систему. Главное, чтобы потом не пытались подвести под “образцовые” те дела, которые требуют полноценного рассмотрения.

Судебную реформу, как и все другие, начав, нужно доводить до конца. Это очень важно, ведь набрав новых людей, но не дав им возможность нормально работать по новым правилам, с использованием новых технологий и институтов, мы можем дискредитировать саму идею реформы на долгие годы. Опять. Мне страшно становится от заявленных масштабов. Но жутко интересно увидеть, как это заработает.

Алексей ХАРИТОНОВ